Коллизия судебной практики в антимонопольной сфере с изменениями в законе о защите конкуренции Германии

Недавно опубликованный законопроект 10-го закона о внесении изменений в закон о защите конкуренции Германии (Gesrtz gegen Wettbewerbsbeschränkungen) настораживает новеллой в части норм о возмещении ущерба после нарушения антимонопольных правил. Необходимо устранять неясности по поводу коллизионных вопросов, возникающих в отношении применения § 33g закона о защите конкуренции после вынесения решения Высшим земельным судом по Дюссельдорфу.

Источник: Hogan Lovells International LLP

Еще 9-м законом о внесении изменений в закон о защите конкуренции была поставлена цель облегчить судебную осуществимость требований о возмещении ущерба после нарушения антимонопольных правил. Для этого, помимо прочего, введен § 33g, позволяющий требовать представления доказательств и направления сведений, необходимых для предъявления требований о возмещении ущерба.

С помощью этих мер предполагалось улучшить процессуальное положение требующего возмещения ущерба истца, на которого возлагается бремя доказывания. Такие истцы обычно сталкиваются с проблемой нежелания участников картельных соглашений делиться подробной информацией о заключенных ими договоренностях и их последствиях.

Будет ли § 33g закона о защите конкуренции на самом деле иметь такое действие во время разбирательств по вопросу возмещения ущерба после нарушения антимонопольных правил, зависит, в первую очередь от вопроса времени. Законом установлено, что § 33g применяется только к тем правовым спорам, в отношении которых иск подан после 26.12.2016 (переходное положление, см. абзац 4 § 186 закона о защите конкуренции).

При этом в судебной практике и публицистике возник спор о том, распространяется ли сфера действия этой нормы только на те требования о возмещении ущерба, которые возникли после 26.12.2016.

Существующая на данный момент неопределенность возникла, не в последнюю очередь, из двух решений Высшего земельного суда по Дюссельдорфу (см. решения от 03.04.2018 и от 07.05.2018), в которых суд указал на неприменимость § 33g закона о защите конкуренции к тем требованиям о возмещении ущерба, которые возникли до 26.12.2016.

Суд обосновал свою позицию на том обстоятельстве, что в силу своей формулировки § 33g применим только к тем доказательствам, которые необходимы для предъявления требований по § 33a. В свою очередь, § 33a, в силу переходного положения, предусмотренного в первом предложении абзаца 3 § 186 закона о защите конкуренции, применим только к требованиям о возмещении ущерба, которые возникли после 26.12.2016.

В соответствии с прежней редакцией абзаца 3 §33 требования о представлении доказательств и направлении информации не применимы к требованиям о возмещении ущерба, возникшим до указанной даты.

Данная позиция Высшего земельного суда по Дюссельдорфу широко обсуждается и явно противоречит новому законопроекту 10-го закона о внесении изменений в закон о защите конкуренции Германии. Теперь в этом законопроекте указано, что в переходном положении абзаца 4 § 186 необходимости не было, потому что § 33g сам по себе применим только к тем требованиям, которые возникли после 26.12.2016.

Положение, предусмотренное в абзаце 4 § 186, должно было не допустить применения процедурных правил, введенных на основании 9-го закона о внесении изменений в закон о защите конкуренции Германии, к тем правовым спорам, которые уже находились на рассмотрении к моменту их вступления в силу. При этом момент времени, когда возникает включенное в иск требование, не играет никакой роли. В этой связи отсылки к § 33a осуществлялись исключительно из системно-правовых соображений.

Материалы на похожую тему:

Юридический перевод с английского и немецкого языка.

Москва.

Перевод с английского и немецкого языка: 400 руб./стр.

Стоимость перевода новых редакций ранее переведенных документов: 200 руб./стр.

Перевод законов: индивидуально (пишите).

Подробнее о стоимости и услугах переводчика.

Image

translate@en-cn.ru

Copyright © 2014-2020. Переводчик с английского и немецкого. Москва.